Только в 40-50-е годы нашего века народное наименование гнус начинает активно употребляться в сочинениях но вопросам медицины, энтомологии и паразитологии – причем уже без кавычек и каких бы то ни было оговорок! Это подтверждают и данные Большой медицинской энциклопедии: если в первом издании ее (1927 г.) читатель вообще но найдет слова гнус, то в издании 1958 г. дается уже подробная справка, что это народное наименование (Сибирь, Дальний Восток и другие места) вошло в научную литературу как обозначение всего комплекса кровососущих насекомых. В этом значении новый термин к концу 50-60-х годов окончательно утвердился в научной и публицистической литературе. В языке художественной [ Read More ]
Archive for the ‘Из говоров – в общенародный язык’ Category
Постепенно древние отвлеченные значения слова гнус становились конкретнее и вместе с тем утрачивали присущую им когда-то яркую эмоциональность. Например, уже в Якутских актах XVIII в. это слово означает, по-видимому, мелких амбарных вредителей – мышей и крыс: Рожь и соль в Енисейском остроге стоит в ан-барах, и анбары сверху кровлями каплют, и гнус всякой есть. Затем слово гнус надолго исчезает из словарей русского литературного языка. Однако в русских народных говорах оно продолжает жить полнокровной жизнью и даже образует новую систему значений. Здесь, в диалектах, основным значением становится вредные нечистые животные, приносящие вред человеку и его хозяйству. Так определил слово гнус В. [ Read More ]
Автор Детства Темы и Гимназистов русский писатель и публицист Н. Гарик-Михайловский был по образованию инженером-путейцем и несколько лет работал на строительстве Сибирской железной дороги. Там, в Сибири, писатель близко познакомился с бытом крестьян-сибиряков, узнал характерные сибирские словечки. В одном из своих очерков о Сибири (1898 г.) Н. Гарин-Михайловский так описывает некоторые черты тогдашней сибирской жизни: Вас заедят здесь комары, овода, мошкара – все, что называется здесь гнусом. Так | и говорят здесь сибиряки: „Три греха у нас: гнус, мороз и бродяжка. Что же это за сибирское бедствие, известное в народе под именем гнус? Бедствие, о котором один из героев романа [ Read More ]
В первой половине XIX века не было еще литературным и всем известное слово обочина. Для обозначения – боковой части дороги употребляли существительное обрез, которое мы находим в Академическом словаре 1847 г. и в Толковом словаре В. И. Даля (так же называли дорожную полосу от канавы до полотна или ездовой полосы). Зато в говорах русского языка слово обочина было распространено очень широко, – причем в нескольких значениях. Так называли боковую часть, бок чего-либо, склон или скат. В Петербургской губернии обочиной называлась боковая наружная часть стога сена или соломы. В известном сборнике пословиц В. И. Даля есть, например, такая: Крутая обочина не [ Read More ]
Далеко, пока видел глаз, уходила неглубокая кривая балка. От пологих склонов, покрытых красноватой прошлогодней травой, разбегались крутобокие кружки. (Наседкин, Большая семья). Что же такое балка? Балкой мы называем теперь особого рода овраг – с широким диом и пологими склонами, покрытыми растительностью. В наши дни балка – всем хорошо известное слово. Оно часто употребляется в художественной литературе, а в научной географической литературе используется в качестве термина. Однако, подобно словам учеба и задира, в самом начале XIX в. балка еще не было общенародным словом. Первый академический словарь (Словарь Академии Российской) отмечает его местное, нелитературное употребление. В художественной литературе в этот период оно [ Read More ]
В Словаре русского языка под редакцией Л. Л. Шахматова, выходившем отдельными выпусками в самом па-чале XX в., статья на слово задира выглядит совсем не так, как другие. Отличие се состоит в том, что здесь лишь в самом конце помещены примеры употребления слова в художественной литературе, а вначале показано распространение этого слова в русских народных говорах. Значит, и для А. А. Шахматова, как и для Н. А. Лейкина, задира не было еще литературным словом? В раннем Словаре Академии наук 1847 г. и вовсе нет слова задира: вместо пего приводятся забияка и задирщик, обозначающие зачинщика драк и всякого рода потасовок. Зато это [ Read More ]
Но уже к концу XIX в. оно все чаще начинает использоваться в художественной литературе, хотя и остается еще продолжительное время принадлежностью разговорно-просторечного стиля. На пути в общенародный русский язык слово учеба неизбежно должно было столкнуться с сильным конкурентом – словом учение, имевшим очень давние традиции употребления. Заметим, что даже в начале XX в. учение употреблялось чаще и охотнее, чем учеба. в русском литературном языке (напомним: это были годы ликбезов, годы, когда широкие народные массы, освобожденные революцией из темноты и невежества, жадно впитывали знания). К этому времени исчезает и оттенок неодобрения, поскольку уже не возникает представления о зубрежке и прочих характерных [ Read More ]
В народном языке за старой школой, где господствовала зубрежка, где учили по псалтыри и часослову, закрепилось именно название учеба. Рядом с земской школой, – читаем мы в журнале того времени Школьная жизнь, – с хорошим земским учителем существуют учебы, организованные отставными солдатами, дьячками (1872-1873 гг.). Итак, Левитов не ошибался, называя слово учеба крестьянским, сельским. Это подтверждают и словари XIX в. В Словаре Академии наук 1847 г. в этом значении приведено только учение, а в словаре В. И. Даля отмечено, что учеба слово не литературное. Да и собиратели местных слов в то время не однажды записали его (в Курской, Тульской, Новгородской [ Read More ]
Конечно, во второй половине XIX в. было открыто немало настоящих школ с учителями-профессионалами. И все-таки земства вынуждены были мириться с существованием самодеятельных крестьянских школ: не хватало средств и учителей, а тяга к знаниям была слишком велика. Подобные школы отличались ужасающими условиями, не подходящими для обучения детей. Уже по очерку Левитова нетрудно представить себе, каковы были эти школы и какая непреодолимая жажда знаний, стремление учиться грамоте должны были жить в душах крестьянских детей, чтобы можно было выносить все тяготы такой учебы в избе, где чадный серый угар плавает, бывало… удушающими, густыми волнами. Недостаток кислорода был так ощутим, что па занятиях дети [ Read More ]
Нечто подобное произошло и со словом учеба. Непрост и нелегок путь диалектного слова в общенародный язык! На этом пути слова претерпевают немало различных изменений (чаще всего – в значении, иногда – и во внешнем облике), с ними нередко происходят самые неожиданные истории. Известный в XIX в. писатель Левитов с симпатией писал о крестьянских детях, обучавшихся грамоте в сельской школе, которые терпеливо сидели в учительских избах и беспрекословно занимались, как это характерно названо сельским народом, учебой (Сельское учение). Характерно названо сельским народом;… Но ведь слово учеба все мы знаем и широко употребляем! Прав ли Левитов, приписывая ему значение, несколько отличное от [ Read More ]